– Пожалуй, напрасно я тебя побеспокоил.

– Напротив. Я очень рад нашей встрече. И готов помочь тебе, чем смогу. Но как?

– Я сказал как. Отвечай прямо: да или нет?

Истомин поправил очки таким образом, чтобы его глаза скрылись за непроницаемыми стеклами. Вместо зрачков – два солнечных блика, поди догадайся, что там за ними происходит.

– В принципе, против кандидатуры твоей сестры я ничего не имею…

– Продолжай, – буркнул Хват, оставив попытки разглядеть глаза собеседника. Пришлось сосредоточить внимание на брелоке в его руках, представлявшем собой миниатюрный щит с синим ободком. Внутри красный крест и многократно изогнутый зеленый змей, возможно, тот самый, библейский, но без всякого яблока в пасти.

– Но услуга за услугу, – вкрадчиво произнес Истомин. – Ты, насколько я понял, присягой не связан и службой не обременен?

– Да, – подтвердил Хват.

– Значит, найдешь время выполнить одно маленькое порученьице личного характера. Не бесплатно, разумеется.

– Это зависит от того, что именно ты у меня попросишь.

– Не попрошу, – перешел на шепот Истомин, – а закажу. Слыхал такой термин? За-ка-зать. – Он нервно щелкнул пальцами. – Ну, бывают заказчики, а бывают исполнители… Намек понятен?

– Более чем, – произнес Хват, глаза которого превратились в две смотровые щели.

– Вот и отлично! Ты мне, я тебе. Рука руку моет.

– Какая какую?

– Не валяй дурака, – скривился Истомин. – Ты хочешь пристроить сестру на теплое местечко, а я хочу, гм, чуточку расширить сферу своего бизнеса. Короче, есть у меня конкурент, которого лучше бы не было. Совсем. Я достаточно ясно выражаюсь?

– Достаточно, – подтвердил Хват. – Настолько ясно, что оторопь берет.

– Спецназовца? Оторопь?

– А спецназовцы, по-твоему, не люди?

– Люди, конечно, люди. Но специфической породы…

– Это какой же?

– Ну, есть волки, а есть овцы, – поторопился с пояснениями Истомин. – Первые занимаются тем, что режут вторых. Хищнический инстинкт.