Джессика вышла замуж не по любви, но и не по расчету.

А, так сказать, чисто случайно.

Просто ей надоело ждать, когда придет большая-пребольшая, чистая-пречистая, искренняя-преискренняя, как говорят французы, гранд-амур.

Томас Джон Крейг-младший оказался тем самым случаем, который, хотя подворачивается и не вовремя, и не к месту, но становится, вопреки обстоятельствам, судьбоносным.

Джессика познакомилась с будущим супругом на городском кладбище.

Среди могил птицы отчего-то поют наиболее исступленно и рьяно — то ли отчаянно пытаются разбудить мертвых, то ли оповещают редких посетителей о прелестях земной жизни.

Джессика принесла скромный букет остролиста для матери, скончавшейся год назад от сердечной недостаточности.

Так что матушка, даже находясь в гробу, все же поспособствовала долгожданному замужеству единственной дочери, теперь круглой сироты.

Джессика уже давно поняла, что не является идеалом для абсолютного большинства мужчин.

У нее были чуть более широкие бедра, чем у идеала. Чуть более низкая грудь. Чуть вздернутый нос. Чуть раскосый разрез глаз. И чересчур пухлые губы.

И все эти «чуть-чуть» и «чересчур» портили молодой особе нормальное развитие судьбы и каждодневное настроение.

Впрочем, на этот раз, кажется, провидение дало ей малюсенький, но шансик…

На выходе с кладбища каблук Джессики угодил в щель между гранитных плит, и тут ей на помощь подоспел седой, высокий, поджарый джентльмен.

Джессика была очарована не только его аккуратными, сдержанными и строгими манерами, но и внимательным взглядом, охватившим ее целиком, — от пальцев без обручального кольца до мини-юбки и дорогих чулок.