Наверное, это все из-за странноватой улыбочки, когда узкие строгие губы Томаса Джона Крейга-младшего расходились, обнажая великолепные зубы.

Пожилой джентльмен, осознав, что переборщил с комплиментами относительно содержания эритроцитов, вдруг заявил, что Джессике очень пойдет свадебное платье.

Кандидатка в невесты, еще не давшая окончательного положительного ответа, хотела тут же ляпнуть, что и в супружеской постели тоже будет смотреться неплохо, пусть и совершенно голая.

Но сказала немного другое.

— Я всегда мечтала о немного старомодном — пышный подол, небольшой шлейф, широкие буфы, глубокое декольте…

Пожилой джентльмен оценил направление, заданное молодой особой.

— Мне тоже больше нравится прежний стиль.

Томас Джон Крейг-младший придал физиономии чуть-чуть самоуверенной повелительности, которая состарила его лет на пять, если не на десять.

— Так что я наверняка угадал с выбором. — Пожилой джентльмен хищно показал идеальные клыки. — Осталось его примерить.

— Так что, свадебное платье для меня уже готово? — спросила Джессика, недоуменно моргая. — Готово?

— А еще и туфельки! — Лицо Томаса Джона Крейга-младшего чуть-чуть помолодело, благодаря немаскируемой хвастливости. — Твои любимые лодочки на высоком каблуке, но только белые и с бантиками.

Пожилой джентльмен, похоже, ринулся в последнюю и решительную атаку.

— Все это, милая, ждет тебя в салоне «Гименей».

Джессика хотела язвительно добавить, что Томас Джон Крейг-младший забыл упомянуть о ее пристрастии к голубеньким трусикам с вышитыми алыми розочками.

Но промолчала — пусть хотя бы розочки окажутся для супруга в первую брачную ночь приятной неожиданностью.

— В «Гименее» все делается, как в лучших европейских домах моды.

Джессика хотела уточнить про трех предыдущих невест, которых наверняка тоже экипировали в этом самом изысканном и благородном салоне.