Садом всегда занималась мама, уделяя ему большую часть времени.

Отец же, умерший в прошлом году, был полностью поглощен изучением Греции.

Филомене даже иногда казалось, что ему и жить следовало бы в Греции, а не в Англии.

Впрочем, здесь тоже было то, что вызывало отцовскую гордость, — его дом и его имя.

Ведь фамилия Мэнсфорд принадлежала к числу старейших в Великобритании.

Дом, в котором всегда жили представители их рода, построен был еще во времена королевы Елизаветы.

И сейчас, глядя на него, Филомена думала, что на свете нет здания прекраснее этого.

За прошедшие столетия красные кирпичи, из которых были когда-то сложены его стены, приобрели мягкий розоватый оттенок.

Высокие дымоходы причудливой формы четко вырисовывались на фоне голубого неба, а лучи солнца сверкали в окнах, играя на алмазных гранях стекла.

Да, Филомена очень любила свой дом.

И все же, подумала она со вздохом, такой дом особенно тяжело содержать в порядке без большого числа слуг.

С тех пор как умер отец, все заботы о доме, парке и саде легли на ее плечи.

Мать, ласковая, нежная и красивая женщина, была совершенно не способна ничем управлять.

Это касалось даже ее собственной жизни. Обо всем всегда заботился только ее покойный муж.

Именно властность, уверенность в себе, сознание, что с его мнением считались все окружающие, особенно импонировало его жене.

То, что они так удачно дополняли друг друга, и делало их счастливой парой, такой, какие бывают только в сказках.

Лишь одно обстоятельство омрачало жизнь Лайонела Мэнсфорда — то, что у него не было сына.