— Хорошо. — В его голосе, однако, звучали жесткие ноты. — Итак, чего конкретно ты ждешь от меня?

— Быть гостеприимным, если это возможно. — Лорен говорила легко и непринужденно, но вместе с тем деловито. Она добавила в кофе сливки и сахар. — Твой хмурый вид испугает не только ребенка.

Раф пожал плечами, зажал чашку между ладонями и попробовал расслабить лицевые мышцы. Это потребовало гораздо больше усилий, чем он ожидал. Неужели у него вошло в привычку хмуриться?

— Дети — не моя специальность, — сказал он в свою защиту.

— Ты развлекал сотни детей, когда участвовал в родео, — заметила Лорен со сладкой улыбкой на губах. — Если верить Чаду, ты был настроен к ним весьма дружелюбно.

— Да. Но все меняется, — грубо бросил Раф и глотнул кофе, чтобы спрятать неловкость. — Я больше не звезда и не собираюсь превращаться в пижона ради ребенка, которому захотелось поиграть в ковбоя.

— И не надо. Я прошу тебя чуть-чуть изменить свой распорядок дня, чтобы уделить мальчику немного времени. — Прядь волос выбилась из «конского хвостика», и девушка заложила ее за ухо. — Когда отец Чада был жив, он брал его на свое ранчо. Чад знает, что его ждет. К тому же он берет уроки верховой езды и умеет обращаться с лошадьми. И еще… Чад будет с опекуном, так что мальчик не помешает тебе работать.

— Кто будет его опекать? Кандидаты в приемные родители?

Лорен рассеянно играла вилкой и ножом, но ее взгляд был сосредоточен на Рафе.

— Они оба работают и не могут взять отпуск. Но у меня как раз выдалось свободное время, вот я и решила сама опекать Чада в течение недели.

Рафа обдало волной испепеляющего жара. И кофе здесь был абсолютно ни при чем. Он представил, как семь дней Лорен будет жить в его доме, спать в гостевой спальне за соседней стеной, оставлять аромат своих духов в каждой комнате, куда войдет. Как он это выдержит, когда девушка уже превратилась в настоящее искушение? Силы его уже на исходе, а ведь они провели вместе не больше часа!