Далтон тяжело вздохнул. Его взгляд говорил о том, что вряд ли у него хватит терпения и на четверть часа. Лорен без приглашения уселась в ближайшее кресло и перешла к делу. Она решила, что потратит пятнадцать минут на то, чтобы вызвать у жестокого героя хоть немного сострадания.

— Как я уже говорила, я работаю в службе социальной помощи, в Пасадене, в Калифорнии. Но я также представляю фонд «Светлое начало», который учрежден мной. Фонд ставит своей целью помочь детям начать новую жизнь, адаптироваться после тяжелых потрясений. Мой новый клиент попал в очень тяжелую ситуацию, и потому исполнить его желание особенно важно.

Лорен достала из портфеля папку и разложила ее содержимое на чайном столике перед собой. Среди бумаг была и фотография ее подопечного. На снимке изображен улыбающийся здоровый девятилетний мальчик, в карих глазах которого отражалось большое горе. Когда Лорен впервые увидела фотографию, ее сердце сжалось от сочувствия. Она подтолкнула снимок в сторону Далтона, стоявшего в нескольких шагах от столика, надеясь, что фотография произведет на него тот же эффект.

Но его равнодушный взгляд скользнул по снимку и вернулся к Лорен. Лицо хранило каменное выражение.

— Это Чад Эванс, — пояснила Лорен, не желая признавать поражение. — Когда ему исполнилось шесть лет, отец взял его на Большое Родео в Долине Юкки, в Калифорнии. В тот день ты выиграл главный приз. Он подошел к тебе, и ты дал ему автограф.

— Ты думаешь, я запомнил хоть одного ребенка из тысячи? — едко спросил Далтон.

— Я не прошу, чтобы ты вспомнил Чада. Я рассказываю эту историю, чтобы ты понял, какой чудесный подарок ты преподнес ему в тот день. Ты полностью очаровал его. После родео Чад следил за твоей судьбой через Интернет, читал все журнальные статьи о тебе. — Она улыбнулась, рассеянно глядя на снимок мальчика. — Мальчик собрал внушительный альбом вырезок о последних двух годах твоей карьеры.