Слишком просто все получилось, подумал Роман. Слишком удачно. Он шел впереди Феникс по коридору, стены которого покрывал лимонно-желтый шелк. Мягкий ковер цвета слоновой кости поглощал малейший звук.

Джеффри не оглянулся, когда выходил из секретной комнаты. В первый раз Роман спросил себя, почему Джеффри не осмотрелся, чтобы проверить, что его никто не заметил. Не потому ли, что так и было задумано – Роман увидит Джеффри и вход в комнату и поверит: тот не знает, что Роман в нее вошел? А не до конца выключенный громкоговоритель – чистая случайность? Или же это хорошо разработанный сценарий? И то, что казалось Роману улыбкой судьбы, на самом деле – искусная ловушка?

– Куда мы идем?

– В одну из рабочих комнат, – коротко ответил он Феникс.

Она могла быть подсадной уткой. Наживкой, чтобы посмотреть, клюнет ли он, услышав имя Эйприл. Если дело обстоит так, значит, у кого-то есть причина думать, что он не тот, за кого себя выдает. Кто-то знает, что он пробрался в клуб и сделался его членом, а затем – совладельцем исключительно для того, чтобы его усилия поймать убийцу увенчались успехом. Он верил в то, что убийца – или, по крайней мере, тот, кто организовал убийство Эйприл – был здесь совсем рядом.

Из окон на лестнице, ведущей вниз, открывался вид на реку Сноквалми. На этом отрезке она протекала мимо больших серых утесов, покрытых прожилками весеннего мха и увенчанных серебристыми елями.

Снег на вершинах гор все еще блестел на фоне вечернего неба, с приближением сумерек окрасившегося в бледно-лиловый цвет.

Когда ступеньки кончились, он остановился и отошел в сторону, жестом пропуская ее вперед.

Проходя мимо него, она бросила на него быстрый, оценивающий взгляд. И не обернулась, когда он пошел вслед за ней. Такое самообладание ей нелегко далось.