Мурлыча что-то себе под нос, Диана ступила на скользкий полированный мраморный пол необъятного холла студии «Альфа телевижн», уже увешанного праздничными гирляндами. Лифт понес ее на тридцать пятый этаж.
Диану часто занимал один и тот же вопрос: когда Оливер Феранти умудряется проворачивать всю бумажную работу? Ведь всякий раз она заставала его либо за телефонными переговорами, либо на совещаниях. Хотя сегодня ей было назначено на четыре тридцать, Диана явилась за пятьдесят минут до встречи в надежде урвать лишних четверть часа в том случае, если директор освободится раньше, чем предполагал.
Ева, его секретарша – юная холеная красотка в сногсшибательном костюме, – говорила с кем-то по телефону. Заметив посетительницу, она покачала головой. Значит, Феранти все еще занят.
Диана с досадой подумала, что успела бы заглянуть в дамскую комнату и привести в порядок прическу. Ей стоило немалого труда выбрать сегодня подобающий случаю наряд – деловой, но при этом такой, чтобы не помялся во время переодеваний в теннисном клубе и был достаточно романтичным для обеда вдвоем. После долгих раздумий она надела пепельно-розовый кашемировый костюм. Тонкая ткань мягко облегала стройную фигуру, не подчеркивая, но и не скрывая ее прелести, отчего Диана чувствовала себя невероятно женственной и неотразимой.
Ну, насчет неотразимости она, пожалуй, преувеличила. Точнее сказать – привлекательной. Так и этак поворачиваясь перед зеркалом, Диана размышляла, какой предстанет перед Диком. То и дело поправляя легкие каштановые волосы, она уложила их пышными волнами, ниспадавшими до самых плеч. Высокий чистый лоб, карие глаза, опушенные длинными густыми ресницами, – хорошо бы они были не такими телячьими, а более страстными. Нос прямой, даже надменный, а рот широкий – пожалуй, слишком широкий. Улыбка не очень-то красила ее лицо. Если уж на то пошло, только по-настоящему влюбленный назвал бы ее красавицей.