Кэтрин также безмолвно последовала за ним. Иногда она думала, что общение между нею и Рулом невозможно, но в других случаях казалось – в словах просто нет необходимости. Она не понимала, но знала этого мужчину: его сущность, гордость, жесткость, проклятый взрывной нрав, который не становился менее пугающим от того, что удерживался под контролем. Она выросла, зная, что Рул Джексон – опасный человек, ее личность формировалась под его подавляющим влиянием.

Они вышли из терминала, и пошли по летному полю к стоящему в стороне частному самолету. Благодаря длинным ногам Рул покрывал расстояние без всяких усилий, однако Кэтрин не привыкла к его походке и не собиралась нестись вслед галопом, как собачонка на поводке. Она сохраняла свой собственный темп, удерживая Рула в поле зрения. Он остановился рядом с бело-голубой двухмоторной «Цессной», открыл грузовой люк, запихнул туда багаж и нетерпеливо оглянулся в поисках Кэтрин.

– Поторопись, – крикнул он, обнаружив, что она еще далеко.

Кэтрин пропустила приказ мимо ушей. Уперев руки в бока и скрестив ноги, Рул ждал ее в высокомерной позе, которая выходила у него само собой. Когда Кэтрин подошла, он молча толчком открыл дверцу, обернулся к Кэтрин и, обхватив ее за талию, легко поднял в самолет. Она передвинулась на место второго пилота, а Рул устроился в кресле летчика, затем закрыл дверь, бросил шляпу на заднее сидение и, прежде чем потянуться за наушниками, взъерошил свои волосы. Кэтрин смотрела на него, ничем не выдавая своих чувств, но не могла не вспоминать живую упругость этих густых темных прядей и то, как она накручивала их себе на пальцы…

Резко повернувшись, Рул поймал ее взгляд, однако Кэтрин не отвела виновато глаз, а смело посмотрела ему в лицо, зная, что спокойный ясный вид ничего не выдаст.

– Ну и как, понравилось то, что увидела? – мягко поддразнил он, покачивая в руках свисающие наушники.

– Почему Моника послала тебя за мной? – без экивоков выпалила Кэтрин, не обращая внимания на его вопрос и переходя в атаку.