Норман Брюетт и Томми Уоннамейкер, раньше работавшие на бумажной фабрике, недавно сумели найти себе новую работу. Генри Кармайкл и Стью Редман оба работали на калькуляторном заводе, но у них редко набегало более тридцати рабочих часов в неделю. Виктор Палфри был на пенсии и курил самокрутки из вонючего табака – все, что он мог себе позволить.

Хэп и Вик Палфри спорили о деньгах и об их загадочной способности исчезать куда-то, лишь только они появятся. Слушая их, Стюарт Редман, едва ли не самый тихий человек во всем Арнетте, вспоминал о том, как кровоточили его руки, когда в девятилетнем возрасте он после занятий помогал разгружать грузовики за тридцать пять центов в час. Он знал, что такое нищета. Он пытался спрятать свои руки от матери, но не прошло и недели после того, как он начал работать, и она все поняла. Она поплакала немного, но не упрашивала его оставить работу. Она понимала, в каком положении они находятся. Она была реалистом.

Стью был молчалив – отчасти потому, что у него никогда не было ни друзей, ни времени, чтобы их найти. Сначала школа, потом работа. Его младший брат Дэв умер от пневмонии в тот самый год, когда он начал работать. Стью так и не смог его забыть. Может быть, дело в чувстве вины, – думал он. Он любил Дэва больше всех на свете… но его смерть означало также и то, что одним ртом стало меньше.

В средней школе он увлекся футболом. Его мать поддержала это увлечение, даже несмотря на то, что оно отнимало время у его работы.

– Играй, – сказала она. – Если ты и сумеешь выбраться отсюда, то только благодаря футболу, Стюарт. Играй. Помни об Эдди Уорфилде.

Эдди Уорфилд был местным героем. Он вырос в очень бедной семье, прославился как защитник районной школьной команды и десять лет играл за «Грин Бэй Пэкерс». В настоящий момент Эдди был владельцем целой сети забегаловок на западе и юго-западе. Когда в Ариетте произносили слово «успех», то имели ввиду Эдди Уорфилда.