К тому времени как машина была наконец починена, у Мадди болела спина от спанья на жестком полу, кожа на голове ныла, ноги нуждались в бритье, и она начала задумываться о том не слишком ли рано двадцать девять для геморроя.

Вторая поломка случилась не доезжая 80 км. до Небраски. К счастью это была всего лишь спущенная шина, которую ей помогла установить банда тинэйджеров. Она могла сделать это сама, она и делала. But the tire iron slipped off the lug nut(от чего-то отскочила гайка, короче не разбираюсь в машинах) и она ободрала костяшки пальцев. Дети наткнулись на нее в один из наименее элегантных моментов в ее жизни. Они нашли ее шипящей и ходящей по кругу, она попеременно дула на тыльную сторону руки и зажимала ее между колен.

Она была в пути уже полных четыре дня, когда достигла Честера, Небраски. В продолжение своего путешествия ей удалось один раз принять душ в KOA. Она поняла, что уже перешагнула через тот возраст, когда подобные поездки могут приносить удовольствие.

Первое, что она сделала, прибыв, в Небраску, это нашла телефонную будку и позвонила Эвелин Стойкович, получив точные сведения о местонахождении ее дома.

Получасом позже Мадди припарковалась в тени напротив сада, декорированного керамическими животными, эльфами, огромными металлическими шарами на конусообразных держателях. Настоящий сад посмешищ.

Эти посмешища были старательно вырезаны вручную из кусков дерева и разукрашены одни — во все цвета радуги, другие — в красно-белый горошек. Некоторые, облаченные в детские комбинезоны, выглядели как фермерский зад.

И так далее.

Владелица явно придерживалась позиции — если одно смехотворное сооружение выглядит мило, то сотня будет смотреться ещё лучше.

Сидя в машине с полностью опущенным окном для доступа воздуха, Мадди дважды проверила адрес, пока Хемингуэй воплями выражал свое отвращение к садовому орнаменту.