– Что мне делать с золотом, когда я приеду в Женеву?

– Арендуй номерной сейф в швейцарском банке. Потом постепенно перенеси туда все золото. Понемногу, не все сразу. Когда машина опустеет, Швебель и тот другой человек перегонят ее ко мне в Германию.

Анна тяжело опустилась в кресло.

– Должна признаться, что мне впервые стало страшно. Генерал взглянул на нее.

– Мне тоже, – голос его был хриплым. – Но у нас нет выбора. Ничего другого не придумаешь, если мы хотим когда-нибудь снопа быть вместе.

За все то время, что они были вместе, он ни разу не говорил ей о любви, даже в минуты страсти, в постели, он только стонал и так прижимал ее к себе, что, казалось, переломает ей все кости. Даже сейчас, в это серое утро, стоя на пороге небольшого французского домика, Бреннер совершенно владел собой.

Он слегка наклонился и холодновато поцеловал ее в обе щеки.

– Будь осторожна, – сказал он.

– Буду, – пообещала она.

Вольфганг повернулся к стоящей рядом с матерью Жаннет, которая смотрела на все широко раскрытыми глазами, и взял ее на руки. Он поцеловал ее в лоб, потом в губы.

– Auf Wiedersehen, liebchen, – сказал он. – Будь хорошей девочкой и слушайся маму.

Малышка кивнула.

– Хорошо, папа генерал.

Он улыбнулся и передал ребенка матери.

– Скоро увидимся, – сказал он, затем повернулся и решительными шагами, не оглядываясь, направился к машине, которая должна была отвезти его к поезду.

Анна подождала, пока машина выедет за ворота, потом закрыла дверь и вернулась в дом. Поставила девочку на пол.

– Мама?

Анна повернулась к ней.

– Папа генерал вернется? Мать удивилась.

– Почему ты спрашиваешь?

– Няня сказала, что он уедет, а новым папой будет мсье Морис.

– Няня мелет чепуху, – сердито бросила Анна.

– Но няня говорит, что папа генерал возвращается в Германию и мы не можем с ним поехать. Так что мсье Морис теперь будет главным.