— Миссис Ральстон?..

Сюзанна опомнилась, сдержала дрожь, но так и не поняла, что вызвало в ней такую вспышку гнева — то ли воспоминания о Джейке, о котором она не могла думать без бешенства, то ли этот юный выскочка, вознамерившийся приударить за ее дочерью.

— Должно быть, вы ошиблись. Софи не могла пойти на пляж.

Генри вытаращил глаза.

— Н-но… но я уверен, это была она!

— Она хромала?

Генри продолжал пялиться на нее в полном изумлении. ..

— Простите, не понял.

— Уверена, вам известно, что она ужасно хромает.

— Мне говорили, что у нее не совсем ровная походка из-за несчастного случая в детстве.

Сюзанна прекрасно понимала, почему Анетта проявила такое милосердие, рассказывая своему родственнику о Софи, хотя прежде она никогда не была добра к девушке. Сюзанна постаралась улыбнуться.

— Да, ее хромота — действительно результат ужасного происшествия, случившегося в детстве. Когда ей было девять лет, она упала с лестницы и сломала лодыжку. Кость срослась неправильно, и у Софи по сей день кривая нога. Так Анетта не сказала вам, что моя дочь калека?

Генри на глазах бледнел.

— Нет…

Сюзанна теперь уже улыбалась куда более искренне.

— Конечно, я буду рада познакомить вас с ней. Хотя ей уже исполнилось двадцать, у нее пока не было ни одного поклонника.

— Да… я понимаю.

— Идемте найдем ее прямо сейчас, хорошо? — Сюзанна легко коснулась руки молодого человека.

К тому времени, когда Софи добралась до заднего входа в дом, она не только была окончательно измучена болью, но и находилась в полном смятении, обнаружив, что забыла на пляже свой альбом для эскизов.

Работа для Софи была самым главным в жизни, смыслом ее существования, и до сих пор ей не доводилось оказываться столь небрежной, чтобы потерять альбом. И то, что это случилось именно сегодня, лишний раз доказывало, как сильно она была возбуждена зрелищем любовного свидания.