Эдвард думал, не слишком ли он постарел. Без сомнения, он стар для этого. Африка не только изнурила его, но и убедила, что простые жизненные удобства заслуживают внимания. У него не было никакого желания кувыркаться в песке, когда чуть позже можно заняться тем же на чистых прохладных простынях. Кроме того, Хилари покинула его постель всего лишь несколько часов назад.

Эдвард криво улыбнулся. С Хилари он познакомился на приеме несколько недель назад — сразу после того, как вернулся в город. Он узнал, что Хилари была замужем за человеком намного старше ее и недавно овдовела. Эдвард всегда предпочитал вдов: они наслаждались грехом, не чувствуя при этом вины и не предъявляя особых требований. Влечение оказалось взаимным, и с тех пор их встречи стали частыми.

А теперь они оба гостили в летнем доме Ральстонов. Безусловно, приглашение устроила миссис Стюарт, но Эдвард не имел ничего против. Хилари нравилась ему не только в постели, но и вне ее, а в городе летом царила адская жара. Сюзанна Ральстон, хозяйка дома, была настолько любезна, что предоставила им соседние комнаты, и в прошлую ночь Хилари завладела Эдвардом — с полуночи до рассвета. Очевидно, она не была так пресыщена, как Эдвард.

Он пытался вспомнить, когда же начал угасать его пыл по отношению к хорошеньким и доступным женщинам.

Но все же Эдвард оставался мужчиной, и его взгляд скользнул от затуманенных страстью глаз Хилари к ее нежным белым рукам, расстегивающим пуговки жакета. Хилари была восхитительна и чувственна, и вопреки своим лучшим намерениям Эдвард ощутил желание.

— Дорогая, это слишком неосторожно, — сказал он, растягивая слова.

Хилари в ответ улыбнулась с напускной скромностью и распахнула жакет. Под ним ничего не оказалось, даже корсета. Груди Хилари были пышные, молочно-белые, а соски — рубиново-красные.