Жак послушно встал и отправился вниз, а она, сжавшись в комок, ждала... Чего? Она не знала. Снова раздались шаги Жака и в дверях возникла его массивная фигура.

- Там нет крысы, - сообщил он спокойно. - Или она затаилась. Но если я услышу её сегодня ночью, то пойду и прибью. Не бойся. Господи, ты совсем белая!

- Это, наверное, от слабости, - пролепетала Жанна.

Конечно, там не было крысы! Но там должен был быть... Значит, ей действительно все померещилось, у неё начинались роды, она плохо соображала... А кровь на полу? Возможно, и это не имеет никакого отношения к её фантазиям.

- Ты в порядке? - обеспокоено спросил Жак.

И она улыбнулась ему медленной, успокоенной улыбкой:

- Теперь - в полном порядке.

Позже он принес ей чашку чая, немного слишком крепкого на её вкус, но она выпила все с удовольствием. А потом она заснула, но на сей раз сон не был для неё убежищем от докучливого соседа и не спасением от мрачных воспоминаний, ей просто захотелось спать и она отдалась во власть этого чувства.

Когда ночью она проснулась, чтобы покормить ребенка, Жак сидел в темноте. Забирая мокрые пеленки в ванную, он тихо сказал:

- Видишь, я уже сам знаю, что нужно делать.

Он пришел и на следующий вечер, хотя забегавшая днем Люси ни словом не обмолвилась о возможном визите мужа. Жанна уже не нервничала, она спокойно открыла дверь, не испытывая никакого замешательства или смущения.

Он приготовил яичницу, заварил чай, потом прочел несколько страниц в своей книге. Жак непрерывно курил, воздух в комнате стал совсем спертым, пахло не только табаком, но и молоком, духами и мокрой тканью.

Годы спустя, ощущая хотя бы один из этих запахов, Жанна почти теряла сознание от нахлынувших воспоминаний.

Как-то, оторвавшись от книги, Жак сказал:

- Здесь так хорошо, так жарко... Мне нравится.