Дженна и Клементина засмеялись.

– Ну а если вы расстанетесь окончательно, неужели ты не будешь скучать по Барту?

Клементина вздохнула:

– Он ведь, кажется, не последний мужчина в Эдинбурге… Но хочется надежности и заботы.

Дженна промолчала. Ее личная жизнь давно уже напоминала выжженную пустыню, и Дженна тоже никак не могла понять, в чем же здесь дело.

Ей редко кто-то нравился. Хотя время от времени с ней знакомились представительные мужчины и сносного вида парни. Но Дженне этого было недостаточно для того, чтобы вспыхивала какая-то симпатия.

Если же они с очередным кавалером начинали встречаться и встречались некоторое время, Дженна находила в нем множество недостатков. На какие-то из них, безусловно, можно было закрыть глаза, тем более Дженна никогда не считала себя идеалом, непогрешимой женщиной. Но другие недостатки делали для нее невозможным дальнейшее сближение.

– Как твоя булочка? – осведомилась Клементина.

Дженна облизала пальцы.

– Я с удовольствием взяла бы вторую!

– И возьми, – предложила Клементина, – неужели тебе кто-то запрещает? Не так уж и часто в наше время можно получить по-настоящему свежую и действительно вкусную сдобу.

– Прекрати меня соблазнять! Тебе ведь отлично известно, что мне придется компенсировать поедание лишней булочки часовой пробежкой в парке.

– Почему бы и нет? Почему бы лишний раз не пробежаться? Это пойдет тебе только на пользу.

– Да ну тебя!

– А что такое? В чем дело? Смотри: сначала ты не отказываешь себе в удовольствии. Поедаешь вкусную булочку. Потом бегаешь в парке, пока стоят последние погожие деньки. Совершенствуешь свою фигуру, дышишь при этом свежим воздухом. Разве я предлагаю тебе что-то плохое?

Дженна рассмеялась:

– Отлично! Где ты научилась такому красноречию? Ах да, ты ведь у нас преподаешь литературу. Замечательный дар убеждения.

– Спрашиваешь, – весело подмигнула ей Клементина.