Блейд не мог припомнить другого случая, когда бы женщина лишила его дара речи.

«Проклятая фурия», – пробормотал он, подходя к прилавку. Стоявшая неподалеку женщина отшатнулась – на ее лице были написаны отвращение и страх. После нападения и угроз со стороны индейцев редкий порядочный горожанин имел с ними дело.

Внешне Блейд никак не отреагировал на оскорбительное поведение женщины, но внутри весь кипел от ярости. Какая ирония! Ведь он доблестно сражался за равные права всех народов, а сейчас к нему относятся как к отбросам общества. Годы, проведенные среди белых, испортили его. Блейд оказался совершенно не готов к открытому выражению презрения и почувствовал угрызения совести. Еще немного, и он вовсе забыл бы о своем происхождении, о прекрасном народе, чья кровь текла в его жилах. Будучи Блейдом Страйкером – красивым, загадочным офицером, – он пользовался огромным успехом у женщин и без преувеличения мог сказать, что они липли к нему, как мухи на мед. Самые красивые леди Вашингтона искали с ним встречи. Но за одну-единственную ночь он превратился из красавца-офицера в полукровку-индейца, в презренное существо, недостойное уважения. Даже Клайв Бейли, которому требовался опытный проводник, относился к Блейду свысока.

Блейд почти месяц провел в Индепенденсе, тайно проверяя каждый обоз, который формировался за городом. До сих пор ничего подозрительного не нашлось – ни в одной из повозок не было и намека на спрятанное оружие для индейцев. Круг поиска постепенно сужался. Наконец он привел Блейда к обозу, который формировал Клайв Бейли.

Блейд считал Бейли отъявленным мерзавцем, скользким и коварным малым. Он решил во что бы то ни стало выяснить, действительно ли верны подозрения насчет Клайва Бейли. И ни одна женщина, как бы красива она ни была, не помешает ему в этом. Интуиция подсказывала, что мисс Шэннон Браниган представляет угрозу его спокойствию.