Едва солнце взошло над горизонтом, они тронулись в путь. Поначалу фургоны двигались очень медленно и с большой осторожностью, строго придерживаясь места, отведенного каждой повозке накануне. По знаку проводника верховые ускакали вперед, криками понуждая обоз следовать за ними.

Поначалу путь пролегал по лесистой местности, и всплески солнечного света сменялись сумеречной тенью вековых деревьев. Лес сменили заросли кустарника, которые внезапно оборвались, и началась бескрайняя прерия. Зеленый душистый океан простирался до самого горизонта. Шэннон с восторгом и грустью взирала вокруг: «Никогда ее жизнь не будет такой, как прежде, никогда она больше не увидит любимую Атланту и Твин Виллоуз. Наверное, и Такер, и мама испытывали такое же чувство, покидая родные края».

Через пару часов многие женщины и дети пошли пешком рядом с фургонами. Шэннон и Келли тоже решили, что гораздо удобнее идти, чем трястись на жестком сиденье. Море цветов по краям дороги манило к себе, и Шэннон наклонялась все чаще и чаще, собирая роскошный букет.

– Не следует так отставать от обоза, мисс Браниган.

Вздрогнув от неожиданности, Шэннон подняла голову и увидела Блейда, сидящего верхом на сером пони. Взгляд темных глаз пронзил ее насквозь. В мокром от пота и облепившем ее платье Шэннон вдруг почувствовала себя обнаженной. Она прижала к груди букет, не подозревая о том, как чудесно сочетаются желтые цветы с ее золотистой кожей. Незаметно для себя Шэннон действительно намного отстала от обоза. Келли ушла вздремнуть в фургоне, а Шэннон не смогла отказать себе в удовольствии нарвать полевых цветов.

– Я и не подозревала, – пробормотала она. – Это больше не повторится.

Меньше всего ей хотелось привлекать к себе внимание Блейда.

– Надеюсь, что не повторится, – назидательно произнес Блейд, – мы не можем позволить себе задержку. Обоз отправился в путь слишком поздно, и если искать в прерии каждого, кто замечтался...