— Ты хочешь сказать, что он женился бы на мне? — иронически заметила Сьерра. — Женился бы на женщине с красными волосами?

— Они не красные, — пробормотал Доминик, окинув ее спутанные локоны оценивающим взглядом. — Они… пурпурные.

На самом деле ее волосы были скорее цвета красного дерева и в любом случае привлекали внимание, даже если этот цвет и не в вашем вкусе. Они были вызывающими, жутковатыми — и все же добавляли Сьерре странного очарования. Поделом будет старику, когда Доминик представит ему Сьерру как свою жену. Пусть посмотрит, до чего он довел своего старшего сына!

— Пурпурные, красные, какая разница! — отмахнулась Сьерра. Она все еще смотрела на Доминика, как на сумасшедшего. — Может, на следующей неделе я перекрашусь в зеленый. В прошлом году я так и сделала на День святого Патрика.

— Так что же ты скажешь? — спросил он, понимая, что она поддразнивает его.

— Мне кажется, что ты спятил.

— Может быть.

Доминик выжидательно помолчал, и Сьерре не осталось ничего другого, как уточнить:

— Так ты это серьезно?

— Я это серьезно.

В раздумье Сьерра прикусила нижнюю губу. Доминик вспомнил, как сам покусывал эту губу. Он помнил ее вкус, до сих пор не мог его забыть! Доминик подавил стон.

— Сьерра?

— Полмиллиона, ты говоришь?

Меньше всего он ожидал от нее этих слов. Сьерра Келли — самая свободолюбивая из всех знакомых ему людей — вовсе не была жадной до денег. По крайней мере, ему так казалось. Доминик нахмурился, но Сьерра не смутилась ни на йоту. А он сам зашел слишком далеко, чтобы отступать. Кроме того, если за полмиллиона ему удастся навсегда поставить на место своего старика, то считай, что он еще дешево отделался.

Доминик раздраженно пожал плечами.

— Полмиллиона.

— Прямо сейчас? Ты дашь их мне прямо сейчас?