Родовое гнездо семьи Блэкмор находилось в плачевном состоянии. Разумнее всего, подумал тогда Морган, было бы разрушить дом до основания, затем нанять архитектора, строителей и возвести здание заново. Конечно, дворецкому надо было очень постараться, чтобы найти сумасшедшего, который согласился бы на каторжный труд, скромно поименованный в объявлении «мелким ремонтом».

Однако угрожающий вид разрушающегося дома, его мрачных, пустынных коридоров, где от стен отдавалось эхо, не мог заставить Моргана отказаться от своего плана – ему нужен был Крэндал. Очень нужен. И если для того, чтобы подцепить его на крючок, ему придется в одиночку построить по кирпичику огромный дом, он был готов сделать даже это. И Морган без колебаний согласился на все условия.

Когда кеб, минуя запруженные экипажами улицы, пробился к перекрестку, где Бродвей пересекается с Пятой авеню, цоканье лошадиных копыт стало более ритмичным – движение в этот час здесь было не слишком оживленным. Увидев впереди окантованный рамкой стеклянный указатель «Сорок пятая улица», Морган постучал в стенку кучеру и, когда лошади остановили бег, спрыгнул на узкую мостовую Пятой авеню прямо перед больницей святого Луки. Протянув кучеру монетку, Морган быстро зашагал в сторону Пятьдесят девятой улицы, где и находился Блэкмор-Хаус. Ему просто необходимо было немного пройтись.

Через несколько минут мысли Моргана прервал возглас:

– Мистер Элиот! – Голосок Кэсси прозвучал совсем рядом.

Он замедлил шаг и только тут понял, что по привычке, чисто механически обошел дом и уже стоит у заднего входа в Блэкмор-Хаус.

Кэсси была самым младшим ребенком Клода Блэкмора, недавно умершего брата Лили. Морган знал, что именно безвременная кончина Клода, покинувшего этот мир четыре месяца назад, стала причиной возвращения Лили на Манхэттен.