— Почему нет?

— Хватит задавать вопросы, лучше двигайтесь быстрее.

— Не затыкайте мне рот. У меня есть полное право задавать вопросы. В. конце концов, это моя жизнь, и я не собираюсь рисковать ею.

— В конце концов, — перебила его Ронни, — это ваш единственный шанс. Не волнуйтесь. Я все рассчитала. Доверьтесь мне.

— Я не доверяю никому, кроме себя самого.

— Придется менять свои привычки. Самому вам не справиться-

Труба закончилась. Он открыл люк, осторожно высунулся наружу. Увидев, что никого нет, вылез на поверхность. Потом протянул руку Ронни и вытащил ее.

Они побежали по улице, свернули налево, затем направо в переулок. Ронни бежала впереди, показывая дорогу. За ней, звеня цепями, ковылял Фолкнер. Когда они миновали третий квартал, он раздраженно спросил:

— Мы что, так и будем бежать до границы?

— Если понадобится, то да.

Ронни снова свернула налево, в узкую улочку и, остановившись у какого-то дома, распахнула дверь, жестом предлагая ему войти.

Фатима ждала их.

— Вы опоздали, — сердито заметила она. — Еще две минуты, и я бы закрыла дверь. Я же предупредила Эвана, что не хочу зря рисковать.

Она закрыла за ними дверь и быстро пошла по тускло освещенному коридору.

— Идите за мной.

— Что это за место? — спросил Фолкнер.

— Бордель, — ответила Ронни. — Мы решили, что здесь ты будешь в безопасности. Сценарий следующий: ты — посетитель, а я — одна из женщин Фатимы.

Фатима раскрыла дверь и впустила их в комнату.

— А эта очаровательная женщина, вероятно, хозяйка? — поинтересовался Фолкнер, когда за Фатимой закрылась дверь.

— Да, это Фатима Аль-Радир. — Она указала рукой на кровать. — Садись, я сниму с тебя цепи.

— С удовольствием.

Он внимательно посмотрел на свою спасительницу. Но, кроме карих блестящих глаз и слегка вздернутого носа, ему ничего не удалось увидеть, так как лицо было покрыто маскировочной краской. Она была в черных брюках, такой же рубашке и кепке, полностью скрывающей волосы.