Потихоньку боль притупилась. Но не исчезла. А теперь — этот звонок!..

Выплакалась. Слезы горечи и досады высыхали на щеках. Но и горечь, и обида остались. А к ним примешалось сомнение — и робкая надежда. Свен позвонил… Он редко звонил, даже когда они встречались. А сегодня — за что же ей такое?! — этот все еще любимый негодяй пригласил «свою рыжую девочку» на свидание! Что же делать?

На самом деле Анна уже почти забыла от радостного волнения свою обиду. Ей так хотелось пойти на примирение со Свеном! Она вдруг подумала, что весьма глупо лелеять свою гордыню и пренебрегать предложениями… любимого человека. И почему же чувство собственного достоинства упрямо (или изумленно?) молчит в ответственные моменты, если только речь заходит о любимом существе?

Телефон уже забыл прикосновение горячей ладони — холодный… Надо быстро, пока не передумала, набрать номер. Гудки. Сердце пропустило удар.

— Алло!

— Свен, это я… Прости меня. Я действительно хочу с тобой встретиться!

Молчание на другом конце провода. Неужели… откажет?

— Я рад, Огонек. Нам нужно поговорить, правда?

— Да! — выдохнула Анна.

— Тогда я заеду за тобой в восемь, хорошо?

Анна не успела набрать воздуху в легкие для второго «да»: Свен уже повесил трубку. Что ж, в этом он даже не подумал меняться.

В половине восьмого Анна уже была в полной боевой готовности. Легкий макияж, лишь подчеркивающий естественные краски и линии лица, короткое платье, которое называлось «в осенней гамме» — орнамент из медовых, фисташковых и коричневых кленовых листьев на бежевом фоне. Все так, как любил — или любит? — Свен.

Анна сидела на диване, нервно постукивая длинными аккуратными ногтями по столу — совсем рядом с телефоном. Когда раздался звонок, ей удалось почти мгновенно схватить трубку.