Как только проблема с воспитанием дочери была решена, Джадсон немедленно скрылся в своей лаборатории.

День его похорон стал поворотным моментом в жизни Рейн. Немноголюдная печальная церемония проходила в сером тумане, обычном для северо-запада. Церемония последовала за тем, что Рейн в душе окрестила Ночью Пожара и Слез. Ей этот роковой вечер вспоминался не более, чем последовательностью страшных и волнующих моментальных снимков, навсегда отпечатавшихся в ее памяти.

Спустя несколько месяцев после той ужасной ночи Велла впервые дошла до того, что превратится потом в ряд долгих и затянувшихся случаев депрессии. Мысль, что она не сможет сама позаботится о маленькой девочке, и социальные службы заберут от нее Рейн, заставила Веллу обратиться к ее лучшим друзьям с детства. Эндрю Китреджу и его партнеру Гордону.

Эндрю и Гордон даже не колебались. Они приняли Рейн и Веллу в свою жизнь, взяв на себя ответственность за Рейн, когда бы Велле не случалось впадать в свою депрессию. Худо-бедно эти четверо образовали семью, защитившую Рейн от длинных рук государства.

— Не говори так, словно я делаю это специально, — обратилась она к Эндрю, пытаясь поднять всем настроение.

— Да знаю я, что это не так, — заверил Эндрю. — Но ты должна признать, что твои маленькие чудачества имеют свойство действовать на нервы.

— Да уж, это я тебе всегда обеспечу.

На нервы Эндрю и Гордона она действовала с того лета, когда ей исполнилось девятнадцать, и она случайно наткнулась на первое место преступления, касавшееся женщины, преследуемой и убитой мужем.

Рейн поудобней устроилась в кресле, водрузила обтянутые чулками ноги на скамеечку и стала изучать вид из окна. Не было еще и шести часов, но в горах ночь наступает рано, особенно в это время года.

— Слава Богу, что девочка все еще жива, — продолжил разговор Эндрю. — Представить не могу, через что прошла бы ее семья, если бы она исчезла.