— Все, что тебе нужно делать, это плотнее вцепиться, — шептал он. — По-настоящему плотнее.

Она зажмурила глаза и теснее сжалась вокруг его твердого члена.

— Вот так, — одобрил он. — Сожми меня так, словно никогда больше в жизни не отпустишь.

Зак медленно стал двигаться в ней туда и обратно. Сотрясаясь, она осознавала неровно вспыхивающую между ними психическую энергию. Это было похоже на попытки поймать сверхъестественные переменчивые призраки северного сияния. Эти призраки порождались их собственными полярными сияниями прямо здесь, в комнате под номером шесть, в Шелбивилльской гостинице.

А потом она очутилась там, ухватив один из великолепных, пульсирующих ночных огней и, оседлав его, промчалась по звездному небу. И не важно, что она не могла вздохнуть. Ей хотелось смеяться, хотелось плакать, хотелось петь. Но все, что она могла позволить себе, это улететь в темноту.

Рейн смутно осознавала, что тащила Зака за собой. Мускулы на его спине под ее руками напряглись и стали твердыми, как мрамор.

Она услышала долгий затянувшийся стон победного освобождения. Какое-то бесконечное мгновение Зак пульсировал глубоко внутри ее.

Когда все было кончено, он без сил упал на нее, вжимая в одеяло.

Зак неохотно вытащил себя из роскошного состояния полной расслабленности, овладевшим им после оргазма, который был всем оргазмам оргазм, и открыл глаза. Рейн лежала рядом, подсунув одну руку себе под голову. В полумраке огня из камина ее глаза были глубже и таинственнее, чем когда-либо. Она рассматривала его как некое новое интригующее существо, которому не могла дать определение. Он понял, что, наверно, смотрит на нее с тем же выражением.

— Проклятье, — произнес он, вытянув руки над головой, — если бы я не верил в существование паранормальных явлений до этой ночи, то после такого опыта, черт возьми, точно бы поверил.