– Глотните, мисс. Будет легче.

Видимо, невидимый благодетель имел в виду, что лучше уж одним махом покончить с мучениями, чем продолжать агонию. Морин сделала попытку покачать головой, но от этого приступ тошноты только усилился, и она поспешно схватила флягу, решительно поднесла ее к губам, зажмурилась и сделала глоток.

Мир полыхнул белыми и синими искрами под стиснутыми веками. В желудке взметнулся костер, пищевод скукожился и, видимо, сгорел полностью. Дыхание прервалось, а остатки запасов кислорода в легких куда-то делись. Ноги отнялись, руки стали горячими и потными. Но самое интересное заключалось в том, что тошнота прошла бесследно. Вместе с головной болью.

Чуть погодя, Морин Килкенни решилась приоткрыть один глаз. Нет, это все еще не небеса. И даже не чистилище. Это – все тот же омерзительный драндулет, который по неизвестной причине был четыре часа назад охарактеризован транспортной компанией как автобус. Автобус, перевозящий живых людей из Хьюстона в Сакраменто, а оттуда – в Каса дель Соль, штат Техас.

Морин повернула голову налево и едва не зажмурилась обратно. Рядом с ней скалился совершенно младенческой улыбкой настоящий бандит из прерий. Черные усы закручивались над двумя рядами белоснежных клыков (других зубов у бандита, похоже, не было и быть не могло), глазки были маленькие и черные, из-под широкополой шляпы свисал залихватский чуб. Спаситель Морин был одет в клетчатую рубаху и потертые джинсы, впрочем, именно так была одета вся мужская часть пассажиров автобуса. Видя, что умирающая решила повременить и не покидать грешную землю, усатый разулыбался еще шире и хлопнул Морин по плечу.

– Я же говорил! Ничего нет лучше настоящего кукурузного пойла на жженом сахаре! От всего – как рукой. Рекомендую еще глоточек – и спать. В Сакраменто едете?