Миловидная брюнетка, стоявшая напротив доски объявлений Колумбийского университета, была настолько поглощена их изучением, что не заметила свою лучшую подругу Миранду.

— Привет, Робин! Как дела? Выбираешь, куда отправиться на летние каникулы?

Брюнетка, одетая в обтягивающие темно-синие джинсы и тонкий трикотажный джемпер, вздрогнула всем телом и резко обернулась на знакомый голос.

— Извини, — опешила ненароком испугавшая ее Миранда. — Ты такая нервная.

— Привет, — растерянно похлопав длинными пушистыми ресницами, ответила Робин. — О чем ты говоришь? Похоже, я опять все лето буду вкалывать в фастфуде.

— Робин, ты ведь лучшая студентка курса! — не без гордости за достижения подруги воскликнула Миранда.

— И единственная студентка, получающая стипендию, — невесело добавила Робин.

Она лучше многих знала, что название университета, который человек окончил — во всяком случае в США, — имеет даже большее значение, чем полученная в результате обучения специальность. Герб Принстона или Йеля на дипломе свидетельствует не только о качестве образования, но и о принадлежности к определенному социальному слою.

Правда, из каждого правила бывают исключения. Взять хотя бы ее, Робин Голдвей. Дочь биржевого маклера и учительницы рисования, погибших в автокатастрофе много лет назад, Робин была белой вороной, или лучше сказать серой мышкой, среди своих однокурсников. Большинство из них — отпрыски богатых, влиятельных и аристократических семей Америки. Отец лучшей подруги Робин Миранды, к примеру, был видным политическим деятелем.

Робин же относилась к числу тех счастливчиков, самородков из простого народа, которым удалось поступить в старейший и престижнейший вуз Америки самостоятельно. Да еще и получать стипендию. Правда, денег едва-едва хватало, чтобы сводить концы с концами в чужом городе.