— Да? — как можно доброжелательнее спросила она, стараясь не выдать возмущения.

Эйдон, а этим студентом был именно он, расплылся в широкой улыбке и по-французски поблагодарил Робин за поздравление.

— Итак, — продолжила Робин, — для начала предлагаю познакомиться. Меня зовут Робин Филлинг. Я буду преподавать в первом семестре классическую французскую литературу. Теперь я зачитаю список, а вы по очереди подниметесь и скажете несколько слов о себе, договорились?

Когда Робин дошла до имени Эйдона, голос ее сорвался. Благо ученики не обратили на это внимания. Особенно студентки. Все девушки разом повернули головы на высокого привлекательного парня, чье имя только что прозвучало.

— Меня зовут Эйдон. Пусть вас не смущает мой акцент, — с ироничной усмешкой начал он. — Я американец, хотя последние десять лет прожил во Франции, где мой отец производит вино.

Студенты одобрительно загалдели. Кто-то тут же попросил прислать пару бутылочек для пробы.

— Тишина, — резко произнесла Робин. — Спасибо, Эйдон. Надеюсь, хорошее знание французского языка не повредит вашему усердию в изучении моего предмета. Разговорный французский довольно сильно отличается от языка классиков.

Не дав Эйдону возразить или согласиться, Робин назвала следующее имя в списке. Камилла Оверлэйм оказалась заносчивой, высокомерной девчонкой, возомнившей себя самой выдающейся первокурсницей лишь по той причине, что была признана самой красивой выпускницей штата.

Познакомившись с учениками, Робин приступила к изложению целей и программы курса. Пожалуй, эта была наиболее скучная, но необходимая часть всех занятий. Студенты с облечением вздохнули, услышав звонок. Не прошло и двух минут, как аудитория опустела.

— Миссис Филлинг, вы ведь меня узнали, не так ли? — раздался в метре от нее знакомый голос.

Робин вздрогнула.