– Странный вопрос. Вы – пулитцеровский лауреат, работаете в самой престижной газете нашего города…

– И несколько раз крепко вас прикладывал в своих статьях, к слову сказать.

– Что лишний раз свидетельствует о вашей объективности.

– А вы уверены, что вам нужна моя объективность?

– Уверен на все сто процентов.

– Меня не назовешь одним из ваших поклонников.

– Вы – как раз тот человек, который мне нужен. Это – главное.

– Скажите все-таки… признайтесь, зачем вам вообще нужен соавтор? Почему бы вам не сделать это все самому? И деньгами не пришлось бы ни с кем делиться.

– Я юрист, мистер Ригз, а не писатель. К тому же вдвоем дело пойдет быстрее.

Не на того напали, мистер. Меня вам не обдурить! – думал Мел. Вам просто требуется лопух, который сделает за вас черную работу, а вся слава достанется вам.

– Мне надо подумать, – вслух сказал он. – Вы наверняка знаете о том, что Кэтлин Уайлдер из «Дейли миррор» уже подписала договор на книгу об этом деле с издательством «Паркер и Пелхэм»?

– Ах, это, – отмахнулся Уошберн. – Ничего, кроме компиляции газетных статей, там не будет, – уверенно добавил он.

– Вероятно, вы правы. Ладно, я с вами созвонюсь, – сказал Мел, направляясь к дверям.

– Хорошо. Только советую поспешить.

– Да, да, конечно. Позвоню в самое ближайшее время.

Мелвин не хотел об этом говорить, но про себя уже принял решение.

С величайшей неохотой, но Мел вынужден был признать, что Кэти оказалась права. И Ричард – тоже. Все они были правы.

Он собирался принять предложение Уошберна только из-за Кэти.

Она никогда не понимала этого. Не понимала, потому что Мел никогда не рассказывал ей про свою мать – первую в его жизни женщину, которая бросила его. Бросила, когда он был ребенком. Он никому не мог рассказать о своей матери – эгоистичной, честолюбивой особе, оставившей сына ради карьеры. Бросить собственное дитя? Чудовищно, непостижимо! Ему никогда этого не понять.