– Это уж точно, – сказала она и с вызовом взглянула на него.

– Не волнуйся. Тот, кого ты ждешь, не приревнует тебя ко мне. Никому из наших знакомых в голову не придет предполагать, будто между нами что-то есть.

– Вот тут ты абсолютно прав, – со смехом подтвердила Кэтлин.

– Разреши, я все же закажу тебе что-нибудь выпить, – настаивал Мел.

– Чем ты хочешь меня напоить? Не приворотным ли зельем?

– Боюсь, тебя даже колдовством не проймешь.

– Это уж точно. – Кэтлин уже повернулась, чтобы уйти, но Мел схватил ее за руку.

– Брось, Кэти, – проговорил он тихо. – Успокойся, я просто пошутил.

– Вечно ты шутишь, Ригз, – прошипела она. – В этом-то вся и беда. Ты не способен к чему-либо относиться серьезно.

– Ты не права. К некоторым вещам я отношусь вполне серьезно. И даже очень.

– Но как раз не к тем, к которым нужно, – уже более спокойно сказала она и села рядом с ним.

– Что ты имеешь в виду?

– То, что ты весь наш брак превратил в дурную шутку и даже не понял, когда все у нас полетело к черту, – сказала она почти шепотом.

– Понял, да не хотел в это верить, – откликнулся он так же тихо. – Трудно было не поверить, что все кончено, когда я однажды приехал домой и увидел коробки со своими вещами за дверью. Я явился домой всего за десять минут до того, как пришла машина из транспортного агентства.

– Я ее не вызывала, – произнесла она, сдерживая смех.

– Ну да, конечно. Машина просто случайно оказалась поблизости! – воскликнул он.

– Я никак не могла заставить тебя объясниться, – продолжала вспоминать Кэтлин. – Ты не желал сказать, что тебя не устраивает. Я просто была не в состоянии дальше это терпеть, Мел. Я вынуждена была сделать решительный шаг.

– И поэтому выкинула мои вещи, а заодно и меня. Решительнее некуда! – с горечью бросил Ригз и сделал знак, чтобы ему повторили заказ.

– Вот видишь? Ты и сейчас паясничаешь! – воскликнула Кэтлин. Вся во власти своей обиды, она совсем позабыла, что их могут услышать. – Ты не пытаешься разрешить проблему; ты даже не желаешь обсуждать ее; ты просто стараешься от нее увильнуть. И так было всегда!