– Может, зовут тебя теперь иначе, иначе ты и живешь, и думаешь, – слышала она его слова, – ты можешь носить шикарные туалеты вместо потертых джинсов, можешь летать над землей на личном «Конкорде», но кое-что никогда не изменится, Кэсси. Например, твои губки, которые так и тают от моих прикосновений...

Глуховатый и низкий его голос обжег ее еще сильнее.

– ..И твое тело, каждая его ложбинка, каждый уголок которого так хорошо знаю я.

Его руки скользнули вниз по спине Джейд, сжали талию, потом ниже, и вот они уже справились с ее халатиком...

– Нет!

Глубинный инстинкт самосохранения все-таки сработал, и Джейд рванулась из его объятий.

– Все кончено, – тихо, но твердо сказала она, отступая от опасной черты, за которой – безудержность чувств, во сто крат более губительных, чем обрыв под скалой, где она стояла.

– Все ли?

– Я уже давно не та наивная девчонка, которую ты знал когда-то, – Джейд взъерошила волосы, пытаясь восстановить душевное равновесие. – Свою жизнь я строила сама, и только сама, Рорк. И неплохая, кстати, жизнь получилась. Профессия, карьера, деньги, о которых даже не мечтала, друзья...

– ..и любовники? У тебя, наверное, потрясающе богатые любовники, которые даже и не снились, а, Кэсси?

Что-то в этих словах заставило ее содрогнуться.

– Ты не смеешь задавать мне такие вопросы.

– И тем не менее ты должна ответить на многие, – на вызывающий ее тон он даже не обратил внимания. – Слишком долго ты заставляла себя ждать.

Джейд просто с облегчением восприняла его негодование. Если бы он мягко, пусть даже с намеком на нежность, сказал ей это, она бы сдалась.

– Придется тебе ждать дальше, – сухо произнесла она.