- За нас, - произнес Сэм, передавая ей хрустальный фужер, - и за наше плодотворное сотрудничество.

Энтузиазм его оказался очень заразителен, и Джейд, беря из его рук бокал, улыбнулась. Улыбнулась впервые с тех пор, как две недели назад в ее доме появился Кинлэн Гэллахер и нанес свой страшный удар.

- За нас.

Очень скоро Джейд выяснила, что Сэм Сазерленд не терпит проволочек, безделья. Он привык жить и работать в стремительном темпе, и уже через пять дней после их первой встречи Джейд почти с удивлением обнаружила себя в просторной фотостудии в Бруклине. Нарядившись в "рабочий костюм", а точнее в миниатюрнейший купальник-бикини тигровой расцветки, повесив на шею безумное ожерелье из перьев диковинных птиц, чьих-то зубов и косточек, она вышла под юпитеры, где уже ждали ее партнеры - группы живых дрессированных тигров. Томми Джонс лихо защелкал своей фотокамерой.

***

- Ну, это потрясающе, красотуля ты моя, - приговаривал Томми, в то время как Джейд медленно поводила головой, позволяя своим волосам струиться неистовым медным водопадом. - Теперь давай свой знаменитый "иди-сюда" взгляд.

Жар от мощных бестеневых прожекторов немного согревал ее так скудно в этом прохладном помещении одетое тело; тихо жужжал поставленный на "автомат" Никон. Плавно и женственно Джейд изменила позу, опустила глаза, чуть склонила голову и наконец, мягко улыбнувшись, глянула в камеру из-под опущенных густых ресниц.

- Разрази меня гром, если это не само сладострастие, - разве что не рычал Томми, - это личико, эти грудочки, эти ножки, которым нет конца. Много я всего повидал, но ты - лучше всех.

Джейд, слава Богу, давно и много работала с Томми Джонсом и прекрасно знала, что такие слова он говорит всем девушкам-фотомоделям. Но как бы то ни было, когда включался свет в студии и начинал щелкать фотоаппарат, Томми удавалось убедить любую стоявшую перед ним женщину, что красивее ее на свете нет. Своим хрипловато-низким, прокуренным голосом, уверенными движениями рук, то поправляющих волосы, то приспускающих бретельку на платье, то просто ласково похлопывающих по бедру девушки, Томми умел сделать свою модель не просто красавицей, он будто вдыхал в нее жизнь и чувственность.