— За исключением нескольких ретроградов, подавляющее большинство — за компьютеры, — отчеканил Билл Йорк. — Мы сокращаем расходы, бережем время. А что просим в ответ? Немножко внимательности, только и всего.

— Черт возьми, Билл, вы правы, — Доминик стукнул ладонью по столу. — Мы не можем позволить одному человеку разрушить всю систему. Мы покажем этой Уэтэрби, за кем сила. Не беспокойтесь. Я сам займусь этим делом. Мы можем разорить ее в два счета.

— Благодарю вас, мистер Бэннет. Я рад, что у нас с вами общая точка зрения, — и Билл вышел из кабинета, довольный, что босс наконец-то проникся его любовью к компьютерам.

— Что за чушь! — воскликнула Энн, вновь появляясь на пороге кабинета.

— Вы это знаете, я это знаю, а Йорку приятно, — Доминик улыбнулся. — Куда это вы исчезли?

— Прошлась там и тут, проверила нашу почту, — сказала Энн, кладя на середину стола папку. — Кажется, мисс Уэтэрби решила нас погубить. Она написала нам пять писем, в которых заявляла, что ей не нужны кредитные карточки и что она не желает тратить свое драгоценное время, заполняя наши анкеты. Плевать она хотела на наши кредитные карточки. Ей надо, видите ли, работать с наличными, и вообще со своими клиентами она хочет разбираться сама.

Доминик пролистал письма, поначалу вполне корректные.

— Почему на них никто не обратил внимания? — хрипло спросил он, поднимая на Энн недовольный взгляд.

— Все дело в нашей системе. Мы что хотим, то и делаем и никаких предложений со стороны не принимаем. Впрочем, заверяю вас, такое с нами случается впервые.

— Интересно, почему?

Зазвонил телефон. Энн взяла трубку.

— Мисс Рэйнольдс. В четвертый раз сегодня, — сухо сообщила она.

Доминик застонал:

— Мне никогда от нее не избавиться, — правой рукой он потер лоб, а левой взял трубку. — Привет, Мэри, — проговорил он, глядя, как Энн выходит из кабинета.