– И сейчас вы вернулись сюда? Как романтично! – восхищенно прошептала девушка. Теперь ей стало понятно, почему Дороти так рвалась в круиз. И врачи и сама Маджи категорически возражали: больное плечо, коленные суставы не стоило лишний раз перегружать, но эта женщина при всей хрупкости обладала решительностью и удивительной способностью добиваться своего.

– Романтично? В свое время я тоже так думала, – тихо продолжила Дороти. – Потом поняла, как ошибалась, вернее, как сильно заблуждалась…

Маджи такое заявление заинтриговало:

– Что-то случилось между вами?..

– Как-нибудь расскажу, только не торопи… Я доверяю тебе больше, чем многим из тех, кого знаю годы. Может, из уважения к твоей самостоятельности. А еще больше потому, что ты скрасила мое одиночество.

– Но у вас же есть сын! – выпалила девушка и тут же осеклась.

– Да, верно…

Они с сыном явно не близки. Во всяком случае, с тех пор как Маджи поселилась в доме миссис Костаки в Лондоне, тот ни разу даже не позвонил. Типичный эгоист, решила девушка.

Тут к тротуару подъехало такси, думать об отношениях сыночка и матери стало некогда.

– Как бы там ни было, я рада, что мы все – таки нашли ваше кафе. Вы довольны?..

Дороти допила вино, отодвинула кофейные чашки.

– Да, вполне. Во всяком случае, это помогло мне избавиться от призраков прошлого… Спасибо тебе. – Миссис Костаки осторожно поднялась.

– Правильно, – подхватила ее под локоть Маджи. – Когда вы не делаете резких движений, вам легче. Обопритесь на меня.

Девушка накинула на плечо ремешок своей сумки и, ловко поддерживая Дороги, направилась к машине. Прежде чем сесть в такси, та бросила последний взгляд на верхний этаж дома. Маджи согнулась в три погибели, чтобы усадить свою подопечную на сиденье. Сумочка мешала, пришлось перекинуть за спину. И тут кто-то сзади резко дернул за ремешок.