— Я не на подхвате. У меня ответственная и интересная работа, — возмутилась она.

   — Работа! — воскликнул Дэнни. — А как же жизнь? Обычная человеческая жизнь? Развлечения?

   — Развлечения?! — брезгливо поморщилась Сэди.

   — Да, подруга. Развлечения — это именно то, чем занимаются нормальные люди, отработав положенные часы с понедельника по пятницу. А такие ненормальные, как ты, уверен, даже засыпая, подводят баланс, а утром просыпаются с готовым планом оптимизации какой-нибудь системы регистрации и учета.

   — Такие ненормальные, как я, знают, чего хотят, и не размениваются по мелочам! — гордо отчеканила Сэди, опасаясь одного — как бы Дэнни не спросил в лоб, чего же она, собственно, хочет.

   Но брат поступил хуже. Он рассмеялся и выпалил:

   — Вот Спенс знает, чего хочет. Потому и использует тебя и тебе подобных, а вы безропотно и бескорыстно расстилаете перед ним красную ковровую дорожку, ведущую к успеху.

   — Он мне хорошо платит за это, — попыталась возразить Сэди.

   — Он отщипывает тебе крохи от своего каравая в то время, как ты свою жизнь гробишь ради его достижений... Одумайся, Сэди. Ты из той категории женщин, которые уже в начальной школе знают, сколько у них будет детей, какие имена те будут носить, но они так никогда и не приступают к реализации этой программы только потому, что им мешает то квартальный отчет, но неблагоприятная экономическая ситуация в стране, то плохая экология. Этакие ответственные и самоотверженные неудачницы, которые тревожатся о чем угодно, только не о собственной судьбе. Тебе почти тридцать. Не забывай об этом, сестренка. Время бежит, и его не остановить.

   — После таких слов немудрено и в депрессию впасть, братец, — обиженно упрекнула его Сэди. — Но, мне кажется, ты все утрируешь. Ты не прав, утверждая, что у меня нет личной жизни. Я же встречаюсь с Робом. И мне еще не тридцать. Почему все считают этот возраст критическим, не понимаю?