Кэрол была в ударе. Она могла убедить кого угодно. К тому же Анна привыкла в присутствии подруги играть вторую скрипку. Но была и еще одна причина, которая заставила Анну согласиться на предложенную авантюру. Что скажет Уэбб, когда обнаружит обман? Да, это действительно была авантюра, причем без всяких последствий. Анна отогнала от себя мимолетное видение лица Крега. Что бы он сказал, если бы узнал? Но Кэрол ведь обещала, что никто ничего не узнает.

– На, возьми почитай или хотя бы просмотри, – Кэрол уже протягивала ей сценарий, – а я пойду поскорее скажу Гаррису, пока ты не струсила.

От старого шипящего калорифера было мало проку. Анна чувствовала, как ее сковывает страшный холод, – не помогала даже наброшенная на плечи теплая накидка.

Она сидела на высоком неудобном деревянном стуле, а Гаррис Фелпс поддерживал ее за талию и старался; приободрить, ожидая ее выхода на сцену. Анна была благодарна ему, но тем не менее она почти не слушала его успокаивающие слова и видела лишь Уэбба Карнагана, который в это время работал на сцене. Небрежное движение губ, сардоническая улыбка неодолимо манили ее. А его грациозные движения напоминали о попавшем в западню диком животном. Для этой сцены он снял пиджак и остался в рубашке с открытым воротом. Вот он поднял руку, чтобы провести пальцами по черным спутанным волосам, и Анна физически ощутила движение его гармонических мышц. Уэбб воплощал собой грацию и порыв… Господи, что же это за сумасшествие так думать о нем, особенно в этом месте и в такой момент!

Анна почувствовала, что дрожит, но отнюдь не от холода.

Наверное, Гаррис Фелпс это заметил, потому что она почувствовала, как его рука сжалась еще крепче вокруг ее талии: