Это он понял, когда она и глазом не моргнула, узнав, что он не только виконт, но и хозяин дома. А ведь она была просто содержанкой его дяди. От этих мыслей Эндрю почему-то очень сильно разозлился, но быстро взяв себя в руки решил, что всегда можно предложить девушке более выгодные условия «сотрудничества», снять, скажем, дом побольше, и наведываться к ней, пока он не женится на Энн. При мысли об Энн он почувствовал небольшие угрызения совести, но вскоре решил, что так как они с Энн пока даже не целовались, это невозможно было считать изменой. Из раздумий его вывел смущённый голос Айрин:

— По правде говоря, я бы тоже не отказалась от плюшки.

При взгляде на Айрин у Эндрю защемило сердце. Девушка очень сильно покраснела. Очевидно, она была довольно голодна, но не хотела в этом признаваться.

— Чуть позже нас ждёт великолепный ужин, но сейчас приглашаю вас на бесподобные плюшки от Полли! Если ещё мы отыщем в кладовке молока, наш ужин можно считать верхом изысканности!

— Отлично! — ответила Айрин. Она подошла к полке, сняла две кружки, поставила их на стол и вошла в кладовую в поисках молока.

Через пару минут девушка вышла из кладовки с глиняным кувшином и разлила молоко в две кружки на столе.

— Ну вот, не такая уж я плохая хозяйка — произнесла Айрин, и Эндрю расплылся в улыбке. Айрин принялась за молоко и плюшку, присев на краешек стола. Это неприличное положение вызвало у Эндрю новую волну желания. Он уже представил, как кладёт девушку на стол, задирает её юбки, находит средоточие её желаний и ласкает, пока сама девушка мечется в экстазе: волосы растрепались, руки судорожно вцепились в край стола. От соблазнительных картин орган Эндрю напрягся, и молодой человек поспешно присел. Допив молоко, он поставил кружку на стол. Желание постепенно улетучилось, потому что Эндрю старался не думать об Айрин и о картинах, которые рисовало ему воображение.

— Ну, что? Можем идти? — спросил он у девушки, и та тоже отставила кружку.