В один из таких вечеров это и началось. Вернее, началось-то оно, наверное, раньше, просто обратила на это внимание ты именно в тот вечер. Даже число помню – 28 декабря. В тот день мы с пацанами сдали наконец сессию и втроем поехали на Дмитровку в кафе «Два капитана». Там сдвинули стаканы с «Гжелкой», а потом распоясались – и, слышь, Рустам, давай еще по шашлыку, по рыбе твоей хваленой и по салату, а ты, Игорек, доставай еще одну бутылку. Сессии ведь кончаются не каждый день.
Ты была одна в доме – училась вязать крючком, слушая спектакль по радио. Я привычно переставил обогреватель и подсел к тебе на тахту – хотел обнять и похвастаться насчет каникул, но ты вдруг спросила:
– Ты утром, Андрюшечка, к нам случайно не заезжал?
Я ответил, что нет, что до обеда сдавал философию, будь она неладна. А что случилось?
– Кто-то у нас побывал, пока нас не было. Мы думали, ты.
– Побывал? – переспросил я. – Что значит побывал? Сперли что-нибудь?
– В том-то и дело, что нет. Искали что-то. Обои зачем-то отрывали. А закрыто было на оба замка. Мы думали, ты.
В тот вечер я как-то не придал этому особого значения и, как оказалось, совершенно напрасно.
Наступило тридцать первое декабря. В вашей квартирке собралось много народу, мы с Рашидом опоздали, а когда в прихожей разделись, поправили друг на друге галстуки и вошли в комнату, все уже сидели вокруг и около стола, накрытого простыней, заставленного вазами, тарелками, сосудами с огненною водой и соком, блюдами с соленьями, вареньями и украшенного тонкими цветными свечами. Длинноногая красавица в лайковых шортах, куда была заправлена нежнейшая маечка, держала речь – всю в лирических отступлениях о новом счастье.