Она достала из шкафа и накинула голубой шелковый халат, тоже подарок давних лет. Материя ласкала ее гладкую кожу, и она вдруг почувствовала себя очень сексуальной.

На часах было уже половина седьмого. Джек опаздывает.

Элизабет налила себе бокал вина и расположилась ждать в гостиной. Допив второй бокал, она начала беспокоиться.

К восьми ужин остыл и был безнадежно испорчен. И тут она услышала, как он отпирает дверь.

«Ты опоздал», – чуть не вырвалось у нее. Но она сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Хотя бы на один сегодняшний вечер она хотела быть для Джека любовницей, а не женой. Она налила ему бокал вина и пошла навстречу.

Джек с мрачным видом стоял в дверях. Элизабет сразу все поняла.

– Извини, я опоздал, – сказал он, даже не пытаясь улыбнуться.

Джек словно бы не замечал ни камина, ни свечей, ни ее наряда.

Она почувствовала себя глупо в этом халате.

– Меня не взяли.

– Почему, что случилось?

– Уилкерсон решил не рисковать и не брать на работу бывшего наркомана. – Джек улыбнулся так горько, что у нее заныло сердце. – Это, наверное, так и будет преследовать меня всю жизнь.

Элизабет видела, как ему тяжело, но, когда она захотела его обнять, он отстранился. Она смотрела на мужа и не знала, что делать, что сказать. В конце концов она протянула ему бокал:

– Выпей вина.

Джек взял бокал и прошел в гостиную. Сев за стол, он открыл портфель и достал оттуда кипу бумаг. Не поднимая на нее глаз, сказал:

– Зажги свет, а то ни черта не видно.

Она отвернулась, чтобы он не заметил, как ей обидно.

– Я принесу тебе поесть.

– Я люблю тебя, Птичка, – машинально произнес он ей вслед.

– И я тебя тоже, – тихо ответила она.

Глава вторая

На следующее утро Элизабет сидела на стуле у кухонной стойки, крепко обхватив кружку с горячим чаем из ромашки.

– Хочешь кофе? – спросил Джек, наливая себе чашку.