В ней всегда преобладало чувственное начало, и она знала это, но тщательно скрывала от других. Просто зрения ей никогда не хватало, ее руки стремились к осязанию, вот и сейчас в кончиках ее пальцев зародился знакомый зуд. Грейси понравились низенькие столики на гранитных подставках, столешницы которых представляли собой отполированные поперечные спилы стволов вековых деревьев. Оригинальные стены маленьких помещений - покрытые лаком, обитые ситцем, обшитые кожей - притягивали ее ладони. Глубокие кресла, обтянутые полосатыми чехлами, манили присесть, а запах эвкалипта празднично щекотал ноздри. Небольшие эвкалиптовые деревца весело зеленели в древних вазонах, расставленных тут и там.
Потом она уловила легкий запах хлорки. Анфилада маленьких комнат привела ее к грубой булыжной стене. Грейси обогнула ее и оказалась в просторном импровизированном гроте. Своды искусственной пещеры были набраны из листового стекла, обработанного пескоструйкой. Коричневые стволы пальм, нежные побеги бамбука и других экзотических растений росли прямо из черных мраморных плит, придавая гроту вид тропических зарослей. Бассейн не правильной формы, выложенный черным кафелем, напоминал скрытый в джунглях таинственный водоем, к которому приходят на водопой динозавры.
Но заросли населяли отнюдь не исторические ящеры, а вполне современные существа. Десятка три полураздетых хомо сапиенс бродили под сводами стеклянной пещеры. Все женщины здесь были молоды и ослепительно красивы, а мужчины, как черные, так и белые, поигрывали гипертрофированной мускулатурой. Грейси мало что знала об игроках в футбол, но слухи об их моральной распущенности докатились и до нее, и, судя по крохотным бикини красоток, здесь вот-вот должна была раскрутиться шикарная оргия. Грейси вздохнула и решила, что ни за что на свете не станет участвовать в ней.
Резкие женские возгласы заставили ее обернуться. Возле огромного окна, в котором сияли огни озера Мичиган, она увидела просторную ванну, покрытую хлопьями мыльной пены, в которой резвились четыре русалки. Их блестящие загорелые груди то и дело выпадали из крохотных бюстгальтеров, и Грейси почувствовала легкий укол зависти. Затем она перевела свой взгляд на одинокую фигуру мужчины, который стоял неподалеку от пышногрудых наяд, и по коже ее побежали мурашки восторга.