Рука, в которой Эйми держала бокал, дрогнула, вино пролилось на роскошное новое платье. Занервничав, молодая женщина поставила бокал на стол. Сейчас полицейские пройдут в центр зала, гости умолкнут и, широко раскрыв глаза, расступятся перед мужчинами в синей форме.

Эйми понимала, что не должна допустить этого.

Показав клиентам поднятые вверх большие пальцы рук в знак того, что все в порядке, она зашагала по начищенному до блеска полу. Ее колени дрожали, мысли перескакивали с одной на другую, пока она перебирала возможные причины визита полицейских.

Не приглашен ли, случайно, на вечеринку какой-нибудь мафиози, пользующийся дурной славой?

Или она припарковала автомобиль в неположенном месте?

Неужели что-то случилось с родителями?

Эмми подошла к мрачным полицейским и заставила себя улыбнуться:

— Добрый вечер, джентльмены. Чем обязана?

Полицейский постарше серьезно кивнул:

— Вы мисс Эйми Росс?

— Да.

— Вы живете по адресу: Грейнж-стрит, шестьдесят семь, в квартире сорок два, так?

— Д-да.

Она забыла выключить утюг и квартира сгорела?

— Нам сказали, что вы организовали эту вечеринку и разослали приглашения. Верно?

Эйми сглотнула:

— Верно.

— Мы не могли бы поговорить наедине?

Она окончательно разволновалась:

— Ч-что произошло?

— Мы наводим справки, мисс Росс. Не следует создавать ненужную суету. Поэтому, прошу вас, пройдемте сюда.

Наводят справки? Наверное, это — политкорректное выражение, предполагающее все самое ужасное.

Испытывая тошноту, Эйми проследовала за мужчинами в величественный мраморный вестибюль отеля. Ей было слишком не по себе, чтобы задавать вопросы, поэтому она молча наблюдала, как полицейский помоложе достает из кармана лист бумаги.