– Нет, я пива не хочу, – ровным голосом отказался Вадим. – Я пришел за водой.

– Ах, попить Букварю хочется! За деньги или в долг водичку брать будем?

– По талонам, – все так же спокойно проговорил Коробов, не обращая внимания на фривольный тон Смаги, явно желавшего вывести из себя учителя.

Вадим достал из кармана тоненькую книжечку талонов, вырвал один листок с печатью и подписью Беса, протянул Смаге.

– Мне два литра.

Смага небрежно скомкал листок и бросил его в ящик с пивными бутылками.

– Букварю Коробку два литра питьевой воды! – постучал костяшками пальцев в окошко в стене пакгауза над собой.

За запыленным стеклом мелькнуло девичье лицо и тут же скрылось. Смутилась девушка, увидев своего школьного учителя.

Алена Грошина, вспомнил Вадим. Хорошая девочка, одна из лучших учениц школы. В былое время и золотую медаль получила бы, и в университет поступила… Атак… Сломали девчушку, растоптали такие подонки, как Смага.

Окошко чуть приоткрылось, и из него высунулась рука с двухлитровой пластиковой бутылкой. Голову Алена старалась в окне не показывать, чтобы не встречаться взглядом с Коробовым.

Смага, не глядя, поднял руку, принял бутылку и стал вертеть ее у себя перед глазами. Отдавать ее Коробову он не спешил.

– И куды же это ты с рюкзачком собрался?

– На кудыкину гору. Там пиво бесплатно раздают.

– Н-да? – Смага чванливо отвесил губу. – А ты знаешь, Коробок, что в стране – инфляция? И к нам эта гадость тоже докатилась. Так вот, Букварь, теперь за один талон можно купить лишь полтора литра воды. Такие дела…

Нагло глядя в глаза своему бывшему учителю, Смага свинтил крышечку с бутылки и приложился слюнявыми губами к горлышку. Однако пропущенная через цеолиты в цехе химподготовки кислая вода в него не пошла. Что после пива и не мудрено. Поперхнулся Смага, закашлялся, но выход из положения нашел быстро. Перевернул бутылку и вылил на землю около трети.