- Поверьте мне, Кеньон, я еще даже и не начинал.

- Не тем ты занимаешься, Траск. Тебе бы лучше подумать о своем брате. Ему только семнадцать, и ты единственный родственник, который у него остался.

- Спасибо большое за это вам и Гатри.

- Грязная ложь. Ты это поймешь сам, когда успокоишься и придешь в сознание. Тебе пора бы начать думать о будущем. У тебя работы по горло...

- Моя работа вас не касается.

- Не возражаю. Но тебе придется пройти процедуру банкротства фирмы отца со всеми вытекающими последствиями, нужно поставить на ноги брата. Это все очень труд-но. Тебе нужно сосредоточиться, а не растрачивать энергию, охотясь за призраками.

- Кеньон, не надо напоминать мне о моих обязанностях - что я должен сделать, а чего не должен. В ваших советах я совершенно не нуждаюсь. И о Натане не беспокойтесь, я о нем позабочусь. И о себе тоже. Но придет время, и я докопаюсь, что на самом деле произошло у Авалонского обрыва в ту ночь, когда погиб отец.

Алекса к этому времени уже достигла подножия лестницы. Мужчины ее не заметили: они были слишком заняты друг другом. Ллойд вообще стоял к ней спиной.

Только сейчас она в первый раз увидела Джона Лэрда Траска. Ллойд рассказывал, что они с братом живут в Сиэтле. Их отец, Харри Траск, собирался в Авалоне перестроить принадлежавший ему особняк и превратить его в курортный отель. В последний год он часто приезжал в Аризону, но двое его сыновей оставались в Сиэтле.

Ллойд распоряжался наследством Алексы, которое оставила ей бабушка, но тем не менее его финансовыми делами Алекса совершенно не интересовалась и поэтому почти ничего не знала о Харри Траске и еще меньше о его сыновьях.

Но после сегодняшнего вечера Джона Лэрда Траска она уже никогда не забудет.