– Мастер, вы были б несомненно правы, если бы не одно обстоятельство. – Опять влез Зимний. Вот и говори теперь о матриархате! – Эти… люди… не придумали ничего лучше, чем похитить женщин. Демографическая ситуация на Эль-онн сейчас не слишком тяжелая, но соотношение полов один к десяти в пользу мужчин все равно не внушает особой радости. Мы не можем себе позволить терять наших детей. Особенно девочек.

И – сен-образом.

Необходимо дать это понять раз и навсегда. Смертные считают нас жестокими – что ж, пора показать им новые и неожиданные оттенки в значении этого слова! Чтобы никому никогда, даже в кошмарном сне, больше не могло присниться прикоснуться к эль-леди!

Серебристые снежинки в его глазах превратились в свирепый искрящийся водоворот, камень имплантанта между бровей отливал яркой, лавандовой голубизной. Температура в комнате катастрофически падала. Я чуть пошевелила окоченевшими пальцами, попыталась сморгнуть иней с ресниц. “Зимний”, чтоб его. Понятно, почему время года назвали в его честь! Неужели так сложно ну хоть немного контролировать свою недюжинную силушку?

Самое забавное: его слушали. И я, полновластная правительница всех эль-ин, и Кесрит, высокопоставленный Мастер одного из самых жутковатых кланов. Я – всего-то лишь Хранительница Эль-онн, мало ли таких было в истории, а он… Он – Зимний. И этим все сказано.

С бесконечным (ну ладно, с показным) терпением я опустила уши.

– Вам, Мастер Оружия, всегда хочется показать людям новые значения слова “жестокость”. Подобная предсказуемость несколько обесценивает ваше мнение в подобных вопросах. – “Съешь это, проклятый зануда!” – Сейчас мы, ищем похитителей и их жертвы. А о репрессиях подумаем позже.