Знания мистера Тревора о детях могли уместиться в скорлупе кедрового ореха, да еще осталось бы свободное место.

Вернувшись в Чикаго, Стив сразу же позвонил адвокату покойного Грегори Бэроу. Но Винсент Бигли уехал из города. Его секретарша, дама с железной выдержкой, охраняла покой патрона, как зеницу ока. Она согласилась запланировать встречу шефа с мистером Тревором в первый день после возвращения Бигли из отпуска только после того, как почувствовала, что человек на другом конце провода начинает терять терпение.

Но эта мегера наотрез отказалась выдать досье Бэроу, чтобы опекун хоть бегло смог бы ознакомиться с условиями жизни своей подопечной.

Стив плеснул немного туалетной воды на лицо и вышел из ванной. Живет ли Джоан в доме дяди с гувернанткой или находится в одном из пансионатов? Является ли она одной из современных девиц, которые на все смотрят презрительно-пессимистично, или это хорошо воспитанная юная леди? Травмировала ли ее смерть дяди?

Может, мисс ожидает, что опекун возьмет на себя роль покойного родственника? Девочка должна будет понять, что ситуация полностью изменилась, и если не сможет этого сделать, то впереди ее ждут трудные времена. Часы показывали восемь тридцать – время, когда Стив собирался выйти из дома, – как вдруг зазвонил телефон. Шофер сообщил, что у машины спустило колесо.

– Ладно, – буркнул Стив, – поймаю такси.

На улице начался дождь. В понедельник, в час пик, да еще во время дождя, найти такси практически невозможно. Чертыхаясь, Стив отбросил мысль о такси и направился к ближайшей станции метро.

Платформа была запружена народом. Когда состав, протяжно гудя, прибыл на станцию, люди бросились на штурм, как будто это последний в их жизни поезд. Стив собрался с духом и, работая плечами, стал протискиваться в вагон.