У нее округлились глаза.

— Прости, что не прыгаю от радости. Но меня вполне устраивала моя жизнь. Я никогда не была так счастлива, как в Сан-Антонио.

Произнося эти слова, Эмили сделала ошибку, взглянув на Люка. Ее лицо запылало, когда она вновь почувствовала свою реакцию на его соблазнительный шарм. Она вовсе не хотела, чтобы Люк имел над ней такую власть. Но хуже всего было то, что он знал об этом.

— Уверен, что смогу сделать тебя счастливой. Мне прекрасно известны все твои желания. После первой ночи, проведенной в моей постели, ты напомнила мне кошку, объевшуюся сметаны.

Какой омерзительный тип! Неужели он не понимает, что ей больно даже самой себе признаться в том, как его чары действуют на нее! Расцарапать бы его самодовольную рожу!

Но он еще не знает, что она очень изменилась за год их разлуки. Что теперь она умеет контролировать свои желания. Эмили обрела свободу от его чар и не хотела быть околдованной снова.

— Тебе все это лишь пригрезилось, — прошептала Эмили. — Не лучше ли, ради нашего сына, заключить перемирие и спокойно развестись?

— Неужели ты думаешь, что я дам тебе сделать это?! У Жан-Клода есть право на обоих родителей. И обещаю тебе, что наш брак будет настоящим. В полном смысле этого слова.

— Но ты же не думаешь, что я буду… спать с тобой?

— Почему бы и нет? У нас всегда был отличный секс. Ты была самой отзывчивой любовницей из всех женщин, с которыми я когда-либо имел дело.

Его равнодушный тон задел ее.

— Боюсь, что теперь мне этого совсем не хочется.

— Что-то не верится!

Казалось, ее ответ только развлек его. Ничтожество, подумала Эмили и так крепко сжала руки в кулаки, что ногти впились в ладони.

— Надеюсь, время покажет, и, думаю, довольно скоро. Терпение не входит в число моих добродетелей.

— Я лучше умру, чем дам тебе прикоснуться ко мне, — отрезала Эмили, ожидая следующего выпада Люка.