— Я не знаю. — Какая-то тревожная мысль надоедливо вертелась в голове Гидеона. Бишоп не знала свою убийцу. Не подозревала, что ее жизнь в опасности. И не могла придумать ни одной логичной причины, по которой кто-либо мог захотеть убить ее, тем более так жестоко. Во всех делах, которые он расследовал с тех пор, как четыре года назад перевелся в Вилмингтон, жертва знала имя своего убийцы. Обычно мотивом становились наркотики, но было также несколько преступлений, совершенных на почве ревности. Убийца-незнакомец был редкостью. За несколькими исключениями для совершения убийства требовались личные мотивы.

Он не хотел пугать кузину, но существовала одна вероятность, которую он не мог игнорировать.

— У тебя были какие-нибудь видения в последнее время о том, что тебе может грозить опасность?

Экей поняла его сходу.

— Ты думаешь, человек, убивший Шерри, пришел за мной?

— Сукин сын! — тихо воскликнула Шерри. — Не стоило мне красить волосы так же, как Экей. Знаешь, мы думали, что это будет так клево. Собственный бренд нашей группы. А… а оказалось… — Она надула губы. — Я считала это такой хорошей задумкой.

— Это только предположение, — тихо ответил Гидеон. — Слушай, в любом случае ты не сможешь находиться здесь какое-то время, поэтому я хочу, чтобы ты нашла себе тихое местечко, где можно затаиться, и оставалась там, пока я во всем не разберусь. Где твои родители?

— В Сан-Морице.

Ясно, как всегда.

— Я не хочу, чтобы ты далеко уезжала. — Кроме того, родители Экей в сложившемся кризисе были почти бесполезны. — Можешь остаться у меня на несколько дней.

Экей вздохнула и опустила голову на сложенные руки.

— У нас намечен концерт на следующие выходные, так что до тех пор я свободна. Я могу позвонить в кафе и сказать, что меня не будет на этой неделе, потом поеду в Шарлотт и до пятницы останусь с Дейви.