– Что… что ты хочешь от меня? Стивен вскинул брови, холодная усмешка совсем не смягчала суровых черт его красивого лица.

– Мне показалось нелишним заглянуть к тебе еще раз. Я понял, что раньше мы не поговорили о множестве важных вещей.

– Нам с тобой не о чем говорить! Так что, если ты не против…

Рейчел попыталась закрыть дверь, но Стивен без малейшего усилия вновь открыл ее и вошел. Он огляделся; его могучая фигура заполнила крохотную обшарпанную прихожую, отчего та словно бы стала еще меньше. На нем было черное кашемировое пальто поверх смокинга; толстый шарф усиливал впечатление мощи, производимое широкими плечами и крепким сложением.

В сознании Рейчел пронесся образ того Стивена, каким он был много лет назад: гибкая фигура в джинсах и рубахе, непокорные темные волосы, спадающие на лоб. Однако видение исчезло так же внезапно, как и появилось, – ничего мальчишеского в стоявшем перед ней элегантном мужчине не осталось. И только в глубине его глаз еще мелькало что-то от прежнего Стивена, нечто такое, от чего ее сердце сжалось.

Рейчел отвернулась, напуганная горячей волной, пробежавшей по телу. Все ее чувства к этому человеку давно умерли. Никакая любовь на свете не выдержит столь долгой разлуки. Но память о любви еще живет, она подобна красноватому жару углей, мерцающему в недрах выгоревшего костра. То лето было самым светлым и самым мучительным летом в ее жизни, но оно прошло, и Рейчел уже не была той девчонкой, которая так страстно любила Стивена Хантера.

– Ты как будто удивлена моим визитом, Рейчел?

– Да, удивлена! Думаю, мы уже все сказали друг другу.

– Вот как? Странно. По-моему, нам еще многое надо обсудить. – Он тихо рассмеялся. – Даже больше, чем мне казалось днем, когда я впервые приехал сюда. Я очень долго искал тебя, Рейчел, но только прошлой ночью узнал, что ты вернулась.