– Как же я могу убраться? В чем?! – вскричал Мартин. – Вся мря одежда на улице!

Мэгги молча вытолкала парня на лестницу и захлопнула дверь. Вскоре с улицы донеслись смех и какие-то крики. Это прохожие оценили появление на тротуаре голого человека, собирающего свои вещи.

Не выдержав, Мэгги выглянула в окно. Кое-как нацепив на себя одежду, Мартин поднял голову и дружелюбно махнул рукой, мол, все в порядке, проблем уже нет.

Он стоял внизу, высокий и мускулистый, и уже никто не смеялся над ним – не хотели связываться с этаким гигантом.

Прощай, дорогой, подумала Мэгги. Любовником ты был замечательным, так и оставайся им, но уже с другими, а не со мной.

Удивительно, никакой сердечной боли молодая женщина тогда от разрыва с любимым не испытала. Наоборот, почувствовала некоторое облегчение, так как самого страшного не случилось. Небеса спасли ее от брака с Мартином Дадлстоном. Трудно себе представить, каким адом обернулась бы совместная семейная жизнь с Мартином. Берегись неверных мужчин, часто говорила ей мать, или ревность погубит тебя.

Кстати, а почему он Дадлстон, ведь это вовсе не скандинавская фамилия, скорее, она больше подходит уроженцу Великобритании?

Все, все в Мартине было фальшивым – чувства, поступки и, выходит, даже имя.

Но его страстные поцелуи были настоящими! Как он обнимал ее тогда на этой скамейке, как был ласков и нежен. И нежные женские губы раскрывались сами собой, грудь только и ждала того мгновения, когда мужская ладонь заберется под блузку…

Дыхание Мэгги прерывалось, – сладкая боль овладевала сердцем, колени слабели… Как она ждала часа свидания, как летела по городу, не глядя по сторонам, к месту встречи со своим сердечным другом. Сказать «как на крыльях» – значит ничего не сказать.

Впрочем, и Мартин, и Мэгги позволяли себе куда больше, чем просто объятия. Их молодые тела непреодолимо стремились друг к другу. Любовники воспринимали себя как одно целое и мало заботились о том, что кто-то окажется случайным свидетелем их страстных ласк, прикосновений, объятий, поцелуев… Да, Мэгги забывала обо всем на свете и мечтала лишь о том, чтобы эти ласки не прекращались.