Полицейским нужно было добиться доказательного признания Джека виновным и одновременно гарантировать безопасность Тома. Для достижения этих двух целей Балтер разработал план. Он заключался в том, чтобы привлечь Чарльза к защите Джейн, тетки ребенка, и Тома в течение нескольких ближайших недель, пока полиция не закончит своего главного расследования.

Чарльз посмотрел на комиссара.

– Ты ведь не очень тщательно продумал свой великолепный план, не так ли?

– Какое там тщательно! Я еще не разобрался хорошенько с основной идеей! – отозвался Балтер. – Если мы начнем действовать слишком рано и не представим убедительные доказательства в большое жюри (Присяжные заседатели, решающие вопрос о предании обвиняемого суду или прекращении его дела.), то Грэм будет на свободе, но если он похитит ребенка и скроется с ним, то я буду жить с сознанием своей вины, не говоря уже о том, что муниципалитет мне этого не простит. – С этими словами он кивнул Чарльзу на кофейник. – Наливай себе! Олден налил себе кружку и спросил:

– Как ты думаешь, почему Грэм сейчас решил разыграть роль озабоченного отца?

– Мы узнали от нескольких наших агентов, что Джек пытается разорвать отношения со своими закадычными дружками и завести свое дело на новом месте. Чувствует, здесь запахло жареным. Новая личность, новое дело, новый имидж – одинокий отец с малолетним сыном.

– И он воображает, что его сын будет хорошим дополнением к этому новому имиджу?

– Ага. Такой оборот дела может нам помочь. Если Том исчезнет, то он либо откажется от своей идеи, либо будет околачиваться здесь, ждать до тех пор, пока не сможет предпринять новой попытки похищения.

– И вы уверены, что он будет тут слоняться? Балтер кивнул.