– Очевидная самооборона, – заметил Белькур, подходя к Хэлу. – По поводу кончины этого типа полиция не станет поднимать шума; они уже год пытаются избавиться от него.

– Все равно мне придется объясняться с ними, да еще и оплатить похороны.

– Ну, тут уж ничего не поделаешь. – Белькур пожал плечами.

Хэл опустился на колени рядом с окровавленным пеньковым мешком, отчетливо вспоминая день, когда впервые держал в руках мертвую собаку.

– Тебе нужна помощь, дружище?

Голос Белькура вернул Хэла к действительности.

– Нет, справлюсь сам.

Что теперь? Как обращаться с раненым животным? Как это делала Виола.

– Все в порядке, парень, все в порядке, – пробормотал он и ласково погладил грубую мешковину.

Собака тихо заскулила, потом рыкнула в знак предупреждения.

Хэл осторожно раскрыл мешок, и его пальцы коснулись слежавшейся грубой шерсти. Снова раздался угрожающий рык, и на свет появилась собачья голова; темные глаза тут же заморгали, а верхняя губа беззвучно приподнялась, ощерив зубы.

– Хороший мальчик. – Хэл погладил пса. – Потерпи немного, я тебя осмотрю.

Звук собственного голоса заставил Хэла поморщиться; он быстро вытер нож и убрал в ножны. Этот сладкий тон куда больше подошел бы женщине. Увы, испуганные бездомные собаки гораздо чаще кусают мужчин, чем женщин, так что лучше выглядеть глупо, чем быть укушенным.

Собака постепенно успокоилась и притихла, лишь изредка поскуливая; пока Хэл обследовал ее раны, она не сделала ни одной попытки укусить и только подозрительно следила за его движениями.

– Что ж, парень, похоже, ты отделался синяками и несколькими рваными ранами, но все кости целы, так что ничего опасного. Хороший отдых, уход и полноценное питание вскоре поставят тебя на ноги. Купание тебе тоже не помешает, – добавил Хэл, едва не задохнувшись от обдавшей его волны зловония.

Выразив согласие глухим ворчанием, пес лизнул пальцы своего спасителя. Хэл и раньше спасал бездомных животных, наблюдая, как под присмотром его грума к ним возвращается жизнерадостность, после чего отдавал приемышей другим людям. У него собаки не задерживались, и ни одна не делала попытки остаться.